+7 (83177) 6-30-20

4 Сентября 2018

Пасти или не пасти — вот в чем вопрос

Надо ли пасти скот или он должен быть на привязном круглогодичном содержании?

В конференц-зале Белорусской «Сельской газеты» об этом дискутируют директор Института повышения квалификации и переподготовки кадров работников АПК, доктор сельскохозяйственных и экономических наук, профессор Николай Яковчик, генеральный директор СООО «Бел-Симекс» доктор биологических наук Иван Кысса и ведущий научный сотрудник НПЦ по земледелию НАН Беларуси Михаил Каллаур. 

— Экономика производства молока зависит в основном от четырех моментов: заболеваемости животных, их непроизводственного выбытия, продуктивности и товарности молока. Не секрет, в хозяйствах четко контролируют только два последних пункта. Но ведь болезни и выбытие животных напрямую связаны с типом их кормления. Именно при выпасе на пастбищах устраняются последствия несбалансированного питания в стойловый период, повышается репродуктивность. Увы, в наших условиях животные могут лишь очень короткое время походить на выгульных двориках, где травкой и «не пахнет». Так все-таки пасти скот или нет? 

Яковчик: — В начале 90-х годов я работал в одном из хозяйств на Брестчине. Ситуация была непростая: Советский Союз рухнул, неразбериха, местный спиртзавод закрылся, люди остались не у дел, помещения пустуют, надо что-то делать. Начали модернизировать, как тогда говорили, сараи под молочный скот — в хозяйстве было сначала небольшое поголовье на привязном содержании. Так вот, летом всех животных перевели на круглосуточную пастьбу с конца апреля—начала мая и до октября. Позже мы уже шли на пастбище с пятью стадами на круглые сутки. Сохранность молодняка была 100 процентов. За исключением некоторых моментов.

Но сегодня в наших условиях этот опыт проводить не надо. За исключением сухостойных животных. И то только в первой половине срока. Это очень полезно для них. В этот период им достаточно травостоя, чтобы обеспечить себя и теленка, которого вынашивают, обменной энергией. Когда начинается второй период — их надо размещать ближе к помещениям, потому что нужен другой рацион кормления. Впрочем, не страшно, если, допустим, зоотехники что-то проморгали и животное растелится на пастбище. 

Кысса: — Я полностью согласен с Николаем Степановичем, только разовью эту тему. Если говорить о пастбищном содержании, необходимо отталкиваться от экономики. Положительных моментов с точки зрения биологии колоссальное количество. Во-первых, это хорошо для животных: они лучше себя чувствуют, оздоравливаются и так далее. Но все диктует экономика, и подходить нужно дифференцированно. В Беларуси есть стада, которые могли бы безболезненно и экономически оправданно находиться на пастбище с мая до середины сентября. Это там, где занимаются более экстенсивным производством, хозяйства, которые имеют более низкую продуктивность — до 3–4 тысяч килограммов молока. Но и здесь есть сложности, потому что непросто организовать пастьбу тысячи коров. Технология пастбищного содержания сложна, нельзя относиться к ней упрощенно.

Если говорить о хозяйствах с высокоудойным скотом, то и здесь в пастбищном периоде есть определенные сложности. Трава в зависимости от погоды и времени имеет разную питательность. В этом году из-за жары она сухая, питательность низкая. Полноценно накормить высокопродуктивное животное — большая проблема. Считаю, пасти можно только определенные группы животных, а именно в первом периоде сухостоя. Можно к ним добавить группу нетелей, которые кормятся практически так же, как сухостойные. 

Кстати, я тоже с Брестчины, и могу сказать, что в свое время в регионе пастбищное содержание животных было очень хорошо организовано. Но это было 20–30 лет назад. Тогда и выражение интересное появилось: 1 сентября дети идут в школу, а коровы должны идти в сарай. Потому что уже в конце августа трава довольно скудная по питательности. 

Каллаур: — Пастьба — это экстенсивная система содержания и кормления скота. Считаю, она должна остаться в прошлом. Причин тому немало. Изменились условия хозяйствования, людей на селе становится меньше, и главное — сегодня в хозяйствах, как правило, высокопродуктивный скот. Чтобы обеспечить питательность зеленых кормов, пастбища должны быть готовы к этому. Вовремя перезалужать или, например, если почвы кислые, проводить известкование. Но и здесь есть свои недостатки. При известковании изменяется химический состав почвы, что потом сказывается на здоровье животных. Не говоря уже о немалых дополнительных финансовых затратах. 

Более того, зачастую рядом с посевами кукурузы или зерновых расположены пастбища. Не раз приходилось сталкиваться на практике: в воздухе резкий запах пестицидов, а коровы пасутся. Это негативно сказывается на их здоровье.

Или, скажем, раньше на пастбища вносили повышенные дозы азотных удобрений. Трава быстро росла, но становилась горькой, животные не хотели ее есть. Важно понимать, что избыток азота, калийных удобрений отрицательно сказывается на продуктивности. Срывы в пищеварении у скота бывают не случайно. И другой момент — пастбищная трава быстро проходит свое развитие. Поэтому считаю, что зеленые корма, рапс необходимо силосовать и делать консервированный корм. Это обеспечит постоянный по составу рацион, и для животного не будет стресса. 

— Но ведь считается, что разнотравье — самый правильный и естественный рацион для полноценного питания жвачных. И потом, это ведь снижение себестоимости практически на четверть, ведь зеленая масса — самый дешевый корм, который стоит как минимум в два раза меньше любого аналога для стойлового содержания. А значит, рентабельность молочного или мясного производства будет выше. 

Каллаур: — Зеленая масса не является полностью биологически полноценным кормом. В ней недостаточно сухого вещества, клетчатки. Как следствие — недостаток энергии. Она может быть несбалансированной и по протеину.

Согласен, что в хозяйствах, где уровень продуктивности невысокий, для сухостойных коров выпас возможен. Но надо учитывать, что ранней весной или осенью ночи становятся холодными, и коров надо возвращать в загон. Ведь животные ложатся на голую землю, из-за чего страдает плод, рождается ослабленный молодняк. 

— Сколько у нас высокопродуктивного скота? В республике только четыре хозяйства вышли в среднем за год на 10 тонн молока от коровы. Остальные едва дотягивают до 5 тонн. Есть надои и по 2–3 тысячи килограммов. Огромная дифференциация, согласитесь?

Каллаур: — Высокопродуктивной считается корова, которая дает в среднем от 6 тонн молока и выше. Да, не всегда на фермах и комплексах обеспечиваются полноценные рационы для разных групп животных. Бывает, их недокармливают. Отсюда болезни и невысокие надои. Но и трава может обеспечить продуктивность коровы не выше 15–16 килограммов. 

— Нехватку естественного корма при стойловой системе содержания можно было бы компенсировать сеном, но оно нередко вытесняется из рациона силосом и сенажом. Отсюда один из самых острых вопросов — болезни и выбытие животных. Сколько лактаций у коров на молочно-товарных фермах и комплексах? Максимум две. 

Каллаур: — Это уже другой вопрос. Тут дело не в самом корме, а в технике и режиме кормления, сбалансированности рациона. Если они не соблюдаются, корова заболевает. Один из показателей нагляден: если животное не лежит, это говорит о том, что оно недокормлено. 

— По моим наблюдениям, у нас не очень много ферм, где корова может полежать. 

Кысса: — Это нарушение технологий. Корова в сутки как минимум 12 часов должна лежать. И это действительно один из показателей ее здоровья. Когда эксперт приходит на ферму, он обращает на это внимание в первую очередь. Хорошо, когда лежит 70 процентов буренок. И дело не только в кормлении. В зависимости от проектов ферм коровам может быть удобно, а может, и нет. Важно само помещение, концентрация животных в нем. Ведь они разные, скажем так, и по экстерьеру, и по продуктивности. Кстати, предлагаю организовать «круглый стол» на тему «Какие должны быть коровы в разные периоды их роста и развития». 

— Предложение принимается. Идем дальше. Да, на комплексах выше надои, но лактаций, как правило, 1,5–1,8. А, например, в Новой Зеландии на пастбищном содержании получают от коровы в среднем 5 тонн, но там они долго живут и дольше лактируют. В итоге прекрасная рентабельность молока. 

Кысса: — В Новой Зеландии буренок пасут круглый год. И Ирландия близка к этому. Но мы должны знать мировую статистику. В Америке на мегафермах коровы живут два года. Даже меньше. За эти 1,8 лактации из них выжимают все что можно. Это не значит, что мы должны равняться на эти страны. В их реалиях это нормально, а нам надо, чтобы корова жила дольше, и создавать для этого соответствующие условия содержания. Для нас четыре лактации было бы идеально, но это пока сложно выдержать. Некоторые наши комплексы по нормам не подходят, поэтому коровы там не лежат. Я уже не говорю о таких известных вещах, когда фермы построили, а персонал набрать не из кого. Иногда начальник комплекса имеет десятилетнее образование. А ведь он должен быть менеджером высокого класса.

Яковчик: — У нас задача одна — получить максимальную прибыль в результате производственной деятельности. Каждому субъекту хозяйствования, частнику или фермеру, надо выбрать такую модель, которая даст возможность этого добиться, и при этом соблюсти гуманность и экологию. 

Что касается Новой Зеландии. У них показателем эффективности считается не уровень удоя от коровы, а сколько тонн молока дал гектар пастбищ за сезон. И второй показатель — качество. В этой стране очень строгая система. Если фермер три раза нарушил стандарты, он лишается лицензии и банкротится. В Новой Зеландии четкое понятие: здоровое животное должно давать молоко высшего качества. Там нет сортности молока. 

— Как вообще оценивается использование одного гектара пастбищ? 

Яковчик: — Оказывается, есть нижний уровень и высокий. В сезон один гектар должен дать от 12 до 20 тонн молока. В нашей стране основной показатель — высокие надои. Нередко экономику в основу не берем. Никто не просчитывает эффективность использования пастбищ. Не буду вдаваться в слишком специфические подробности, но поверьте: лучше траву скосить и законсервировать. Тогда будет эффект. 

Кысса: — Пастбищное содержание, как мы уже говорили, имеет свои плюсы и минусы. Как специалист по воспроизводству и генетике могу сказать, что воспроизводство — это своего рода жила, на которой держится молочное скотоводство. В пастбищный период организовать его очень сложно. В целом разрушается цепочка «воспроизводство — вал молока — прибыль». 

— И все-таки, как же буренке хоть немного походить и понежиться на травке?

Яковчик: — Да, есть болезни, которые передаются в коровнике через конечности. Когда животное выводят на пастбище, разрывается эпизоотическая цепь и ему становится лучше за счет сил иммунитета. Корова выздоравливает даже без ветеринарного вмешательства. Кстати, недаром бывший председатель Минского облисполкома Семен Шапиро ратовал за то, чтобы корова походила по траве. Однако в основном, если у животных заболели конечности, травка их уже не вылечит. Нужен комплекс мер, который поможет восстановить обмен веществ, повысить иммунитет. А в целом я вижу нашу страну не только с крупными комплексами. Придет время, и, может быть, будет какая-то программа, которая привлечет молодых людей, фермеров заниматься молочным скотоводством на фермах не более 50–100 голов. Вот тогда уместно и правильно говорить о пастбищах.


Новости «Агро-Матик»

Новости АПК

Информация для специалистов

И в шутку, и всерьез