Аквакультура в России дает пока только 5–6% от всего производства рыбы и морепродуктов, но растет очень быстро. При этом одним из самых перспективных направлений может стать органическое рыбоводство: в мире это направление бьет все рекорды (рост на 20% в год), а в России пока отсутствует. Но интерес к нему уже появился.
Сейчас мы начинаем внедрять сертификацию отечественной продукции аквакультуры по стандарту органического производства, – сообщил изданию «Ветеринария и жизнь» заместитель руководителя Росрыболовства Василий Соколов. – До сих пор в России нет сертифицированных производителей органической аквакультуры, но с учетом природных особенностей страны и высокого экспортного потенциала такой продукции у «органики» хорошие перспективы». Собеседник «ВиЖ» отметил, что экологическая сертификация хорошо зарекомендовала себя в рыболовстве. И хотя ее механизм отличается (подробности ниже), но он ясно показывает: подтвержденная чистота и экологичность продукции помогают повысить ее конкурентоспособность, в том числе на международном рынке. По мнению Василия Соколова, ряд действующих хозяйств в России при дополнительной подготовке уже сейчас способен соответствовать стандартам органического производства.
Так о чем идет речь и в чем особенности экологической сертификации? Если в двух словах, то органическая аквакультура – это выращивание рыбы, ракообразных, моллюсков, водорослей без применения агрохимикатов, стимуляторов роста, гормональных препаратов, антибиотиков и генетически модифицированных организмов. Основные принципы такого производства утверждены в РФ законом об органической продукции, который вступил в силу в 2020 году. Производитель органической продукции получает российский знак «Органик», но для этого ему необходимо пройти добровольную сертификацию. Ее критерии определены ГОСТ 33980-2016 «Продукция органического производства. Правила производства, переработки, маркировки и реализации». Сейчас есть 11 российских сертифицирующих органов, которые проводят сертификацию по этому стандарту, рассказывает исполнительный директор Национального органического союза Олег Мироненко. «Спрос на органическую аквакультуру, как и на другую органическую продукцию, растет, – подчеркнула заместитель руководителя Роскачества Елена Саратцева. – В Роскачество уже поступило несколько заявок на сертификацию органической аквакультуры». Она также отметила, что к настоящему времени в России необходимая инфраструктура рынка органической аквакультуры создана: есть эксперты, сформулированы требования к органическому производству аквакультуры. Просматривается и спрос со стороны населения.
По данным Швейцарского института органического сельского хозяйства (FIBL), в мире насчитывается более тысячи производителей органической аквакультуры, в том числе 500 – в странах Европы и 200 – в Китае. Кроме того, сообщила «ВиЖ» доцент Астраханского государственного технического университета Лина Лагуткина, свыше 400 предприятий такого профиля действуют в Южной Америке, но не все входят в статистику FIBL. Для сравнения: все органическое сельхозпроизводство в мире – это более 3 млн предприятий. Как пояснил «ВиЖ» Олег Мироненко, первый объект органической аквакультуры – карп – был сертифицирован только в 1995 году, когда появился первый стандарт Naturland. Сейчас, после принятия основных регламентов в Европе и Азии, производство органической аквакультуры увеличивается на 8–10% в год, а в Китае – на 16% в год. Ожидается, что по итогам 2020 года общий рост превысит 20% (подсчеты еще не закончены). Как бы то ни было, но объем производства органической аквакультуры достиг 700 тыс. тонн в год: 60% приходится на водоросли, затем идут моллюски, далее – атлантический лосось, форель, осетровые и другая рыба. При этом единого законодательства в сфере органической аквакультуры в мире пока еще не существует. В качестве международного чаще всего используют требования европейского регламента. Но Китай, например, работает по своему национальному стандарту, который имеет отличия от европейского, уточнил Олег Мироненко.
Тот факт, что в России только сейчас рыбоводы стали присматриваться к органической сертификации, по мнению Олега Мироненко, связан во многом с тем, что «органика» в России в целом относительно молодое направление бизнеса. «Но становление этого сектора – вопрос времени. Во всем мире органическая аквакультура активно развивается, так как спрос на здоровое питание остается важным трендом. Кроме того, Россия обладает большим природным потенциалом для развития органического производства», – поясняет эксперт. Да и сама аквакультура, стоит напомнить, свой профильный закон получила в России только в 2014 году. А уже к 2020 году объем производства в этой сфере удвоился и достиг 330 тыс. тонн. «Действительно, органическая аквакультура – крайне перспективная рыночная ниша, и в России есть предприятия, которые могут стать примером такого производства, хотя они еще и не прошли сертификацию», – отмечает Лина Лагуткина. В качестве примера она привела опыт астраханского рыбоводного комплекса «Шараповский», который использует биотехнологию на основе попеременного выращивания рыбы и арбузов, что позволяет без использования химии получать высокие показатели урожайности. Другое дело, что при всей перспективности ведение органического производства, в том числе и аквакультурного, недешево: стоимость кормов дороже на 35–40% по сравнению с обычными, соблюдение органических стандартов требует дополнительных вложений в системы очистки воды и т. д. Дополнительных затрат требует сам процесс сертификации и подготовка к ней. По оценке Олега Мироненко, стоимость сертификации в России составляет в среднем 150 тыс. рублей. Однако на российском рынке спрос на органическую продукцию продолжает расти. «С точки зрения потребителя, это запрос на безопасность, экологичность и здоровье», – подчеркивает Лина Лагуткина. По данным профильного союза, объем рынка «органики» в России составляет в настоящее время 192 млн евро, причем 80% от этой цифры – зарубежная продукция, и только 20% – российская. Что касается перспектив российского рынка (не считая экспорта), то его потенциал к 2030 году эксперты оценивают цифрой до 5 млрд евро.
